Книжная ксилография

Несмотря на то что объективно деятельность художников «Мира искусства» соответствовала потребностям современности, субъективно все их художественные симпатии были обращены к прошлому (XVII - XVIII векам на Западе и началу XVIII - первой трети XIX века - в России), когда в книге так заметны были те черты, которых недоставало книге второй половины XIX века. Кроме того, художники «Мира искусства» вернули искусство книги к его графической основе - искусству черного и белого, пятна и линии на бумаге. Те вопросы, которые поставили художники «Мира искусства», были значительно шире конкретных решений, где внимание к стилю часто приводило к стилизаторству, а искусство графики понималось не как искусство черно-белого, а черного на белом, что в результате влекло за собой как раз нарушение основной посылки - требования единства книжного организма. Московская книжная ксилография 20-30-х годов, несмотря на резкие принципиальные споры с художниками «Мира искусства» по отдельным вопросам, восприняла, как мы увидим ниже, программу «Мира искусства» именно в широком плане.

Такова была в самых общих чертах картина жизни искусства книги в десятилетие, непосредственно предшествовавшее революции.

После революции положение дел резко переменилось. За период с 1917 по 1920 год в стране возникло около двух-трех тысяч советских издательств, рядом с которыми существовало много частных и кооперативных, из коих наиболее прогрессивные сотрудничали с Советской властью. Вследствие того что крупная буржуазия как читатель-потребитель сошла со сцены, а отчасти и просто по причине экономической разрухи почти прекратился выпуск безвкусных, перегруженных оформительскими элементами книг. Однако о стиле советской книги в этот период говорить еще трудно. И лишь с окончанием гражданской войны стали явственно проявляться черты нового стиля.