Различия состояли, во-первых, в том, что московские ксилографы стояли за включение в книгу рисованной (либо гравированной - в данном случае это безразлично) иллюстрации, в то время как конструктивисты ее категорически отрицали, а во-вторых, в том, что московские ксилографы не останавливались на этапе аскетически-жесткого конструирования книги, а шли дальше, к созданию органического композиционного единства. Именно это, последнее различие не позволяло художникам-конструктивистам увидеть даже черты сходства