Книжная ксилография

Это была так называемая „обыкновенная" гарнитура, то есть шрифт с тонкими усами и довольно черными штамбами - вертикальными основами букв,- так что книга вся была наполнена красивым черным цветом». И вот в таком пространстве должно было жить изображение. Оно должно было быть «круглым и темным и вылепленным средствами гравюры». Так был установлен пластический строй иллюстраций. Но каково должно было быть их образное наполнение, мера подробностей и поэтического чувства в описании?

Фаворский знал, что для того, чтобы иллюстрировать это произведение, нужно было быть «сугубым реалистом». Но поскольку обычно «Толстой описывает своих героев зрительно, так, что иллюстрация как будто не нужна - она только повторила бы то, что сделал Толстой»,- Фаворский до тех пор, пока ему не было предложено сделать гравюры для этой книги, «даже мысленно не брался иллюстрировать произведения Толстого». «Но в „Рассказах о животных", изображая все очень реально. Толстой не прибегает к зрительным описаниям». Поэтому Фаворский решил дать портреты героев и вести подробный изобразительный рассказ. И здесь его подстерегала опасность утратить поэтичность художественного образа. Тем, как успешно Фаворский сумел преодолеть эту опасность, он обязан всецело привычке воспринимать литературное произведение цельно, присущей ему способности мыслить обобщенными категориями и в изобразительном искусстве.

«Прежде, чем начать работать,- пишет Фаворский,- я должен был найти зайца, настоящего зайца, а не кролика, которого мне подсовывали все изображения <...>. Наконец в зоопарке... я нашел зайца и поразился его строению. Он был гораздо серьезнее, чем кролики. Я стал гравировать. И должен сказать, что гравюра, которая у меня получилась, мне не понравилась. У меня вышел заяц очень реальный, но чем-то был нехорош. Мне казалось, что его можно разглядывать - шуба такая, строение такое. Но больше ничего.